Русская
Страница
Живаго Джа

Jah Rastafari!
Jah Live!
News
Фото
Сказки
Победа
Волшебник

Обратная Связь   
Links

    


Книга
Растафари
Король Поэтов
Адепт Поэзии
Ithiopia
Вест-Индия
Rasta-Культура
Rasta-Хронология
Rasta на Карибах
H.I.M. Quotes
H.I.M. о лидерстве
Marcus Garvey
Наследники Гарви
Мегажурналист

    


Академик
в Аквариуме

Русский реггей
Rasta & Reggae
Roots Reggae
Riddimistical
I Riddims

Calypso
Audio
Video
DreadBull
Jah Republic
Жак Мантэки
Simba Vibration

Markscheider Kunst
Юстас Алексу  
Пушкин-реггей-фест 

 

    

 

   


 

Факты и факты, разные вещи -
это всё куча дерьма, понимаешь?
Нет правды, кроме единой правды,
и это - правда Jah Rastafari.
Боб Марли, 1978 год.

Роман Русский Реггей - читать всем! Захватывающий роман от адепта эстрадной поэзии, основателя Джа Дивижн - читается на одном дыхании и рассказывает о мире отечественного регги (той его части, к которой автор имеет непосредственное отношение) из самого сердца происходящего.

Русский реггей
Роман
Александр Дельфинов

Я танцую реггей на грязном снегу,
Моя тень на твоем берегу, Африка...
К.О.Т. Африка

 

Реггей - это что?
Поп-музыкальный стиль, зародившийся на Ямайке?
Политизированный шоу-бизнес?
Сладкая приманка для новых членов экзотической контркультурной секты?
Пропаганда марихуаны на радость наркомафии?
А может быть, реггей - это нежный плач души вперемешку с суровым смехом?
Автор не знает точных ответов.
В России на рубеже 80-х - 90-х "позитивные вибрации" захватили многих из нас. Это было сильно: весь мир заворачивался в ослепительную красно-желто-зеленую спираль, и казалось, только протяни руку - вот оно, счастье! Лови за хвост!
Годы с грохотом пролетели мимо, дудя в трубу и подскакивая на стыках.
Выродились в клоунов сами себя обманувшие пророки.
Сошли со сцены оказавшиеся слабаками герои.
Отдали Богу душу симпатичные - и не очень - ребята.
Отупели былые острословы.
В основу этого сочинения положено то, что не купишь на рынке, но что иногда удается хорошо продать - собственный опыт.
Иллюзий больше нет, но все еще звучит музыка.
Бас и ритм.
Word, sound and power

Глава 1.
Серьезный реггей-бизнес

1. Утро с Крокодилом
2. В стену головой
3. Как я впервые услышал реггей
4. Экспроприация
5. Позитивные вибрации

  

Глава 2.
1. Чай с сахаром
2. Речь Ай-Вана
3. Таинственный гость
4. Искусственное яйцо
5. Штурм
6. Обезьянник

  

Глава 3.
Не плачь о женщине

1. Дрэды и полная Луна
2. Моя Королева
3. Строгий Брат Маркус
4. "Язык Тосквы"
5. Путешествие в Ветербург
Глава
"Армия Джа"

Из блокнота Барабаса
1. Полет Гектора
2. Деловые люди
3. Ночные дела
4. "Армия!"
5. ДЖА

  

Глава 4.
Концерт Уроя

1. Пешком к Барабасу
2. Завтрак за круглым столом
3. "Джамбамбуния"
4. Герой прошедшего времени
5. "Где Сион? Где Сион?"
6. "Я вижу Бога!"

  

Глава 5.
Солдат и Красавица

1. От звонка до звонка
2. Стая бритых
3. Сбор биомусора
4. Спор о вере и благочестии
5. Килограмм пуха
6. Конопляная невеста
Глава 6.
Что делать?

1. Перед телеком
2. Крокодилово дело
3. Тосква фестивальная
4. Прыжок Рыси
5. В гостях у девушки

  

Промежуточная глава.
"Корневая Система".

1. Назад к корням
2. Встреча в сквоте
3. Над облаками
4. Движение людей Джа
5. Путешествие в Голимоград
6. Под капельницей

  

Глава 7.
Триста серебряников.

1. В андеграунде
2. Паспорт
3. Мастер-план
4. Поэтри-слэм
5. Блудница вавилонская
6. Диалог на бегу

Глава 6. Что делать?

Перед телеком. - Крокодилово дело. - Тосква фестивальная. - Прыжок Рыси. - В гостях у девушки.

1. Перед телеком.

So dem, so dem man, so dem a masses have cried
And left them all out, and left them all out
To suffer inna dis a ghetto while dem trampled out
On my soul
Brought to you dem
Lepo paya, dem Lepo paya, Lepo paya gone a Ethiopia
Lepo paya, dem Lepo paya, Lepo paya gone a Ethiopia
Groundation. Babylon Rule

Что вы обычно делаете, когда настроение ниже среднего, а положение хуже некуда? Возможно, вы и вовсе не оказываетесь в подобных положениях. Что ж, это поистине радует. А я, однако, оказался и к настоящему моменту в качестве главного героя данного произведения на собственной шкуре испытал следующий набор приключений.

Во-первых, был за долги избит в собственном доме двумя зомби-деградантами под командованием сомнительного авторитета электронно-музыкальной наркосубкультуры восточно-европейского мегаполиса с ужасной экологией и бурно развивающейся экономикой.

Во-вторых, якобы в счет уплаты долга, подлецы забрали усилители, гитары, колонки, а также различную аппаратуру и аксессуары на крупную сумму в американских долларах.

В-третьих, в попытке собрать денег на откуп аппарата я попытался организовать операцию по нелегальному приобретению с целью последующей перекупки крупного количества марихуаны.

В-четвертых, не успев совершить вышеуказанную сделку, был взят под стражу органами правопорядка.

В-пятых, вскоре вышел на свободу и попытал счастья в другом крупном мегаполисе - северо-западно-восточно-европейском, с чуть более хорошей экологией, но со значительно менее бурной экономикой.

В-шестых, при попытке вторично организовать подобную сделку, я был неожиданно сражен тяжелой хворью, скорее всего, мощным вирусом гриппа, но к врачам не обращался.

В-седьмых, выздоровев, я четко и ясно осознал: настроение ниже среднего, положение хуже некуда.

В состоянии легкой депрессии я размышлял о пункте "в-нулевых", гласившем: девушка, которую любил, ушла к тому самому сомнительному авторитету. И тут нечего колготки узлом завязывать, как говорил шельмец-робот из популярного анимационного сериала "Футурама". Надо было как-то встряхнуться. Отвлечься. Приникнуть к источнику.

У Барабаса в той комнате, которую мне выделили, имелся в наличии архаичный, переносной телевизор, чуть ли не советского еще выпуска, с выпуклым экраном и выдвижной антенной. Он был, однако, цветной, хотя ловил только одну программу... Вы когда-нибудь думали, что там на самом деле внутри? Если приотдернуть мельтешащую, пеструю телешелупонь, словно тонкий шелковый платок с магическими письменами, под завесой обнаружится слабо гудящее пустое пространство. Как в том фильме, где пара друзей, преследуемых страшными неудачами, вдруг попадают в абсолютную пустоту. Вначале веселятся, потом скучают, потом ссорятся. В конце концов пустота сжирает их. От друзей остается лишь пара прыгающих голов. Телек - скелет! А другого нет.

Я прибавил громкость. И сразу хорошо пошло! Рекламный ролик взбодрил, как банкира кокс. Сидя перед шаманским коробом, я размышлял, как жить дальше. Куда спешить, к чему стремиться? Не лучше ль взять и удавиться? План не сработал. Тувинец отбыл в Кызыл, Брат Маркус - в Тоскву. Никаких денег я найти не успел, да и не мог успеть. У меня отросла щетина. Пропали последние остатки бланша под глазом. Возник волчий аппетит. Отягощать своим присутствием Барабаса было уже просто невежливо. Но что делать? Куда вертеть шарик, в какую сторону?

На экране возник симпатичный, упитанный мужчина в костюме с галстуком. В прошлом известный либерал, ныне он стал заядлым государственником и ведущим популярного ток-шоу "Эхоизм". Его звали Константин Найденышев, он был светский лев и гламурный гуру. В его новой программе различные известные люди от всей души обсуждали жизнь, как она есть, согласно заданному сценарию. Упитанный мужчина улыбнулся и сказал господину средних лет, с маслянистыми глазами цвета нефти:

- Как бы вы, Игнат Павлович, прокомментировали вышеописанную ситуацию?
- А вот послушайте еще одну украинскую поговорку, - весело ответил господин средних лет. - Бас гудэ, скрипка граэ, Гнат мовчить, а все знаэ!

Группа различных известных людей, рассевшаяся кругом друг перед другом в просторной студии, захохотала хором. Я не очень хорошо понимал, кто все эти люди и в чем, как говорится, the point. Только одна дама средних лет, в строгих очках, не смеялась.

- Итак, Игнат Павлович, значит, вы все знаете, в том числе то, как станут далее развиваться события в нашей стране? - задорно прицепился к последнему слову ведущий. - Или, точнее говоря, все знают эксперты вашего инвестиционного фонда?
- Дорогой Константин Сергеевич! - воскликнул господин средних лет. - Не наша вина, что Запад находится в глобальном кризисе. Но почему бы нам и не воспользоваться этим? Тем более, если у них - хуже, а у нас - лучше. Вот послушайте еще одну украинскую поговорку: дитина хоч кривенька, та батьковi-матерi миленька!

Грянули дружным смехом собравшиеся в студии. Дама средних лет нахмурилась и сощурилась. Я снова приглушил звук. Понятия не имел, что за чушь они там несли. Бабилан шитстем тотал контрол! "Может, позвонить Крокодилу в Тоскву?" - я встал, потянулся. Самое время чем-нибудь креативным заняться. Да, а день-то какой у нас нынче? Пятница? Суббота? Надцатое мартобря? Подойдя к окну, я с грустью пронаблюдал густые серые тучи над городом и грязные горы снега внизу во дворе. На термометре - минус 20.

Гидрометеорология - великая наука. Все об ее точности сказал еще Джером-Джером, описывая людей, рассчитывающих на солнечную прогулку, но угождающих под непременный ливень. Известный русский писатель и обладатель Нобелевской премии Иван Бунин в одной из своих поздних книг делился следующими воспоминаниями: однажды пожилой британский юморист специально на 15 минут приехал в тот лондонский дом, где устраивался прием в честь Бунина. Приехал, пожал ему руку и уехал. Не знаю, написал ли об этой интересной встречи сам старик Джером. Не знаю, какое количество читателей этой книги читало Бунина и Джерома. Сам толком не читал ни того, ни другого: Я вернулся к телеку и прибавил громкость.

- Ну уж нет! - твердо заявила дама средних лет. - Все, что нужно людям - это право избирать и быть избранным. Но в ситуации, когда сама выборная свобода экзистенциально диктуется фактом наличия свободного выбора между избирать и не избирать, из двух зол следует выбрать меньшее! Вспомните, как был избран наш...

- Прошу прощения, Елена Кимовна, но наше время ограничено, - симпатичный упитанный ведущий прервал ее речь. - В студии каждому есть возможность высказаться, вот почему я хотел бы предложить микрофон до сих пор столь интригующе отмалчивавшемуся генералу Батонову. Скажите, вы в сложившемся положении за или против?

- Хм-хм, кхм! - закашлялся генерал. - Я тут вспомнил... К слову... Что вот, допустим, офицер пьет... Сказал же вон тот товарищ про пьяных офицеров... Да... Это он зря так сказал. И вот, возвращаясь к ранее сказанному тем товарищем: Конечно, лучше не пить, а уж если пить, то уж так пить, пока капуста из желудка не всплывет! Вот! А между прочим, через несколько лет будет готова позитронная бомба!

- Да! И вы совершенно правы, переводя нашу дискуссию на новые рельсы! - ведущий буквально светился от переполнявших его добрых чувств к участникам шоу, а также ко всем собравшимся у экранов телезрителям, а также их родственникам и знакомым. - Пусть пару слов расскажет о новом проекте наш последний сегодняшний гость, академик Бычин. Прошу вас, Иост Троцкамзинович!

- Дело в том, что возможность аннигиляции при встрече с частицами не позволяет античастицам сколько-нибудь длительное время существовать в веществе, - забубнил седой старичок с козлиной бородкой и бурящим взором. - Простые расчеты показывают, что пятидесяти миллионных грамма позитронов было бы достаточно для взрыва девятиэтажного здания. Если такое оружие попадет в руки наших врагов, сами понимаете... Тут одним апчхи не отделаешься! Взрыв позитронной бомбы не оставляет радиации, но требуется надежная изоляция античастиц от обычной материи, потому что...

Я опять приглушил звук. Слушать про бомбу не хотелось. Бомбу хотелось взорвать. Но слепить ее было не из чего. Оставалось сидеть и думать, как же, наконец, жить дальше, и ждать Барабаса. Который, впрочем, уже вот-вот должен был подойти. А пока его не было, я все же решил позвонить Крокодилу в Тоскву.

2. Крокодилово дело.

Look when the rain has fallen from the sky
You know the sun will be only with us for a while
While common people like you and me
We'll be builders for eternity
Each is given a bag of tools
A shapeless mass and the book of rules
Heptones. Book Of Rules

Выйдя в коридор, я даже не успел протянуть руку к трубке, стоявшей на базе, на полочке возле сыто урчащего холодильника. Телефон затрезвонил сам. Машинально сняв, спросил:

- Алло, кто там?
- О, привет, так и знал, что тебя здесь найду, - затрещал в ухе Крокодил. - С первого раза угадал! Ты как сам-то там, жив, курилка? Короче, слушай. Дело есть!

Я коротко изложил историю своей болезни. Крокодил слушал нетерпеливо, норовя перебить.

- Ладно, ты там того, не расслабляйся! Под красно-желто-зеленым стягом все мы в бой пойдем, покалечимся и умрем! - мой друг любил реальные выражения. - Слушай, я только что говорил с Хеллбергом. Фестиваль будет в конце мая. Нам дают два раза по полчаса в самом начале на главной сцене и еще один час на малой сцене после полуночи. Нам платят, нас кормят, мы знакомимся со всеми, кто там будет. А там будут ВСЕ! Понимаешь?
- Понимаю, - вздохнул я. - Как мы играть-то будем? На чем? В кости берцовые дудеть, в конский череп стучать?
- Но отказываться нельзя! Нельзя отказываться!
- И вот мы снова в пункте старта: кулак, затылок, лицо и парта, - буркнул я.
- Шуточки у тебя... - Крокодил вздохнул.

Я всегда плохо шутил и хорошо во все врубался. Но это мне не особенно помогло. Впрочем, должен признаться, что страдаю многословием и склонностью к излишним разъяснением.

- А что значит - два раза по полчаса в самом начале? - спросил я.
- Короче, Шуфутинский! - пошутил Крокодил. - Ситуиршан из а гуд ван! У нас карт-бланш. Арт-директор - наш фэн. На фесте буду Майкал Роуз, Ли Перри с Мэд Профессором, Джентельман и Ик-А-Маус. Двухдневный фест, врубаешься в тему?

Я, конечно, все понимал. Действительно хорошее предложение! Вы представляете себе, что впервые в Тоскве должны были в одном концерте, точнее, в двух, в два разных дня, сыграть сразу несколько международно признанных мэтров реггей-музыки? Реггей - это интернациональное движение. Не важно, как к этому относиться и какое значение в этот факт вкладывать, не о значениях речь. Пока мы разные люди и уважаем взаимную разницу, открыта дорога для любых движений. Но реггей-движение тесным образом связано еще с несколькими движениями. К сожалению, не все из них однозначно прекрасны, как это, наверное, бывает с любыми серьезными международно признанными движениями. Слово "движение" в девяти предложениях было употреблено шесть раз. Это плохо.

- Бредрен Крокодайл! - сказал я. - Ю андестенд ват ай мин! На чем мы будем играть?
- Нам надо все вернуть!
- Как?
- Не знаю...

Мы помолчали.

- Что там с Ай-Ваном? - спросил я.
- А... это... а чего с ним?
- Это я тебя спрашиваю!
- Да ничего...
- Э-э-э... Друг вернулся?
- Да... Вернулся, вернулся... Друг? А-а, все понял! Да, друг вернулся через пару дней, только он... короче, яичницу он в другом месте приготовил. Ой, там такая тема вышла... - Крокодил неожиданно начал издавать странные хрипяще-шипящие звуки, я не сразу понял, что он просто хихикает в трубку. - Слушай, это реальный прикол! Паша говорит Ай-Вану: а где у вас бабы тут в городе? Тот: какие бабы? А этот: ну, бабы где у вас тут? На какой улице? Или как тут у вас это устроено. Тут Ай-Ван понимает: ага, бабы у нас раньше на Деньденьской улице выстраивались, а теперь на Среднедетский проспект переместились. Паша ему раз так и говорит: ну, показывай дорогу! Короче, представь: они реально выходят на улицу, вечером в пятницу это происходит, и ловят тачку, и едут туда, где бабы! Ай-Ван садится на переднее сиденье, так как знает дорогу, а водитель у них оказывается какой-то армянин на старом, но ладном таком "Москвиче". И этот армянин не знает, куда ехать! Но не важно, они едут, а Паша нормально на заднем сиденье оттягивается. И они приезжают, там реально телки стоят, они их находят! И Паша в каком-то месте выходит из тачки, начинает тереть, а Ай-Ван ждет его рядом с водилой. И Паша, короче, ты представь, он возвращается минут через десять. Все, говорит, дело наладилось, держи на обратную дорогу, а я отсюда сам! Тот армянин нормально отвозит Ай-Вана домой, и тот еще радуется сдаче. И Паша все, пропадает на тот вечер, а на следующий день он заезжает, забирает какие-то там шмотки, обещает вернуться, желает "будьздорова" и отбывает восвояси. А вечером Ай-Ван с мамой зырит телек, и в программе "Криминальный наблюдатель", в самый, как говорится, прайм-тайм, начинается сюжет про борьбу с проституцией и, в связи с этим, про дополнительную борьбу с кавказскими преступными группировками. И под бодрый текст ведущего, что, мол, пора прекратить это порочное дело, на экране возникает... угадай с одного раза!

- Что? - спросил я. - Кто? Паша?

- Если бы только он! "Мы ведем съемку нашей скрытой камерой, - говорит ведущий за кадром. - Сейчас вы видите, как к месту работы наших ночных бабочек подъезжают очередные клиенты". И мама Ай-Вана с неописуемым удивлением зрит крупный план собственного сына, восседающего в автомобиле сомнительного вида, рядом с явным представителем кавказской преступной группировки! А перед автомобилем с недвусмысленными намерениями прогуливаются разные девочки! И еще виден Пашин затылок, который крутится там, но в кадр так и не попадает.

- Этот Паша, я гляжу, из любого круговорота вывернется! Как уж в масле!

- Тьфу, скажешь ты, как всегда, что-нибудь гадостное...

- Ладно тебе, ты сам монстр! - засмеялся я.

Крокодил не стал с этим спорить и удовлетворенно засопел. Я услышал шум в отдаленной части коридора и приглушенные голоса у входных дверей. Это возвратилось домой семейство Барабаса.

- Окей, миста саундмаста! - сказал я. - Информация воспринята мозговым центром. Начинается обработка! На связи!

- Ты что планируешь - возвращаться?

- Погоди, сориентируюсь, сообщу, пока не знаю. Не понимаю, как нам сыграть на этом фесте. Да, слушай, вот еще что хотел спросить... Расколбас, он что, мимо проехал?

Крокодил промолчал. В трубке воцарилась особая телефонная тишина, когда слышны эфирные шорохи, электрическое поскрипывание и слабые намеки на отдаленные человеческие голоса. Кстати, если вам кажется, что ваши телефонные разговоры кто-то подслушивает, это еще не значит, что за вами никто не подглядывает.

- Расколбас должен... внимание, Ю-Лов! Расколбас не получил места на основной сцене, он играет только на малой, у него час... ПЕРЕД НАМИ!

- Отлично! - я даже привстал. - Это же... Ты бы с самого начала сказал!

- А что это меняет? - поинтересовался Крокодил. - Ты что, трусишь?

Тут уже пришла моя очередь заткнуться. А действительно, не трусил ли я? Хотя встреча с уродами Расколбаса в ситуации, когда у них вся наша аппаратура, но при этом мы в программе на призовых местах, ничем кроме драки не пахла. Но как может трусить солдат Джа? Я сжал зубы.

- Да, я трушу, - признался я Крокодилу. - А ты нет?

- И я... Но это предложение, от которого отказываются только дебилы!

И тогда я согласился. Мы закончили разговор.

3. Тосква фестивальная.

This heavy load that I carry
Personally
It is for Jah
Jah Jah and I
Jah never yet is a secret
I just can't keep it
Jah Jah never yet is a secret
Jah come and reveal it
I just can't help open up the truth
Ijahman Levi. Jah Is No Secret

Мой первый фестиваль, в котором я принял участие в почетном статусе зрителя, состоялся в 1987 году в маленьком городке Злодольске. Узнал про него случайно - на сборище волосатых неформалов, в сквере на бульваре. Говорили, мол, на фест съедутся все звезды рок-подполья, а чтобы купить билеты, надо специально переть куда-то на окраину Тосквы, завтра к полудню. На следующее утро мы с моим тогдашним друганом Вовой Бизоном рванули за билетами. Неподалеку от свежеоткрывшейся станции метро "Новотрубецкая" вдоль серого бетонного забора змеилась очередь. Билетами торговали из дышащего на ладан ПАЗика. В створе дверей маячил толстый и рослый молодой человек в кожаном пальто. Рядом с ним мелькал невысокий, пузатенький гражданин, сверкавший лысиной и хрипло кричавший: "Не дави! Не дави! Всем хватит!" Однако билетов не хватило. Парень в кожане и лысый пузан вдвоем торжественно пообещали не только нам, но и огромному количеству народа, топтавшему грязь в той очереди, что завтра приедут в это же время сюда же. "А еще, - сказали они, - можно приобрести билеты возле касс Зеленого театра имени Николая Гастелло города Злодольска, если подъехать туда с 8.00 до 11.00".

Мы посовещались и назавтра решили метнуться в Злодольск. С утра опоздали на правильную электричку, а потом, пока искали Зеленый театр, заблудились и вдруг случайно заметили, что по узкой дороге медленно едет навстречу тот самый ПАЗик, аккуратно лавируя между выбоинами и ямами. Мы отчаянно голосовали, и нас взяли на борт. Внутри находилось человек пять. Толстый парень, вдобавок к кожаному пальто, обзавелся еще и крупноформатными темными очками. Шел отчаянный спор.

- Я вчера еще зону топтал! - хрипло кричал пузан. - Ты мне тут указывать будешь!
- Ты вот это видел? - орал в ответ парень в пальто, снимая очки и демонстрируя солидный фингал под правым глазом. - Не хочу, чтобы мне еще и ноги переломали!

Их спор походил на ссору между головой и жопой дождевого червяка, ползущего по железнодорожному рельсу: кого, мол, первым раздавит. Они не ожидали ажиотажа, который вызвали своим фестивалем, и теперь не знали, что делать с неожиданно свалившимся успехом. На подъездах к месту встречи со страждущими обилечивания нам всучили по кусочку мятой бумаги, выглядевшей хуже туалетной, взяв за это по паре рублей с носа. А затем высадили, мотивировав это тем, что собравшиеся в очереди могут не понять, кто мы такие и почему покупали билеты в автобусе. Мы не спорили и пешком дошли до метро, а через неделю отправились в Злодольск.

В первый день тосковские неформалы, коих собралось под три тысячи, явились в маленький промышленный город-спутник выряженные, как павлины: в серьгах, браслетах и цепях, драных джинсах и проклепанных куртках, с распущенными волосами и наглецой в глазах. Концерты проходили на сцене упомянутого Зеленого театра и отличались неплохим звуком и довольно четкой организацией. Группы сменяли друг друга, как заведенные, и публика неистовствовала. Там были тогдашние супермонстры рока, и по сю пору подъедающие ошметки былой славы на окраинах шоу-бизнеса. Там были бездарные новички, которых никто не запомнил, и талантливые дебютанты, начавшие путь к первым строчкам хит-парадов "Тосковского комсомольца" на открытой злодольской сцене. Но самое главное началось, как водится, по окончании официальной программы. Когда мы вышли за пределы круговых концертных трибун - грубой пародии на античный амфитеатр, - и оказались в темных аллеях парка культуры и отдыха имени Николая Гастелло, собираясь направить свои стопы в сторону станции электрички, то неожиданно угодили в лапы темным демонам. Казалось, все злодольчане от мала до велика явились бить тосквичей!

Тосквичи двигались неорганизованной массой, от краев которой отрывали по одному и утаскивали в мрачные глубины парка. Оттуда доносились стоны и зовы о помощи. Но редкий неформал поспешит помочь неформалу! В такой ситуации каждый за себя - и все против тебя. Кое-как добрались до платформы. По толпе расходились слухи: кого-то убили, кого-то поломали. Неожиданно на нас набросилась толпа аборигенов, перебежавших прямо по рельсам. Получив одновременно кулаком в лоб, в грудь и в бок, я вцепился в ксивник, куда мой приятель Вова Бизон попросил упрятать его очки. Охраняя очки Бизона, я проявлял максимум самоотверженности, ибо множество рук тянулось со всех сторон, стремясь сорвать с груди многочисленные фенечки. И они были сорваны! Рядом топтали чье-то распростертое тело, слышались глухие удары и неприятное чмоканье. Кто-то истошно орал: "Нна, ссука! Нна, ссука!" Это была не битва, это было избиение. Как правило, любители мочилова и месилова нападают на нас, миролюбивых инфантилов, в соотношении как минимум трое на одного. Так острее переживается стайно-звериная идентичность. Тогда, на вечерней платформе станции Злодольск, нас как следует отмудохали.

Неожиданно один опытный олдовый хиппи, полируемый поблизости, извлек из рюкзака маленький молоток для отбивания мяса, с размаху засадил его в стеклянную стенку павильона ожидания и заорал: "Менты! Менты!". Раздался громкий звон. В тот же миг первобытные хищники прекратили нас убивать, попрыгали на рельсы и ретировались в породивший их мрак. А тут и электричка подкатила. Мы завалились внутрь, зализывая раны. Кто-то плевался кровью, кто-то философски пересчитывал оставшиеся зубы, кто-то уже ржал и хохмил, а хитрый хиппи, разбивший стекло, хвастался своим отбойным молоточком. Мы познакомились. Его кличка звучала весомо: Драконыч. Неожиданно внутренние двери раздвинулись, и через вагон потянулось шествие молодых злодольчан. Они решили проводить нас до следующей станции: устрашающий жест! Коротко стриженые, плохо одетые, довольно ухмылявшиеся, они маршировали по проходу и ощущали себя триумфаторами. Они отпиздили поганых тосквичей! Их было много. Когда начало колонны уже вступало в следующий вагон, ее хвост еще не вышел из предыдущего.

На следующий день мы вновь отправились на фестиваль. Но как изменилась толпа! Куда подевались модные прикиды! Длинные хаера были упрятаны под воротники, поверх проклепанных курток были наброшены серенькие совковые хламиды. Серьги сняты, браслеты убраны. Но только до входа в Зеленый театр! Там, внутри, неформалы обрели свой лелеемый облик: расправили волосню, скинули маскировочную серость, вставили железо в телесные дыры. И снова зажигал "русский рокенрол", и пелись гадкие песенки про то, что "я беру сигарету и сую ее в рот, лежу и курю и плюю в потолок". Мы бесновались и веселились, а лидеры-шоумены полуподпольных псевдомузыкальных коллективов наслаждались своим карикатурным отражением в условной народной массе. Тем временем власти, не решившиеся запретить фестиваль, нагнали в парк имени Гастелло целую армию ментов. По окончании действа был создан живой коридор до самой станции, по которому мы и шли, а из-за спин блюстителей порядка в наш адрес летели угрозы и камни. Мы огрызались в ответ. Милиция обеспечивала безопасность.

О, сколько их было - русских Вудстоков! Танцы голого бессознательного в пьяной кровавой пене. Я любил фестивали. Мы пили, что могли найти, а с начала 90-х каждый уважающий себя человек торговал наркотой. Да какое там торговал! Это был бизнес по принципу "бери - не хочу". Мешки с дешевой чуйской шалой раздавались направо и налево. Флаконы с питерской кислотой можно было получить бесплатно (у одного знакомого художника они заняли целую полку в холодильнике; он хорошо начинал, но плохо закончил, этот художник, как и многие из нас...). Стоп! Вообще-то я собирался про фестивали повспоминать. Ну так вот. Их тогда стало много, как сдохших капустниц на склоне августовского дня, и через пару лет я уже сам одиноко выступал с песнями под гитару, а чуть позже - с реггей-группой "Армия Джа". Я видел пьяных растаманов, целующихся после концерта наподобие Брежнева с Хонеккером. Я видел обторченных лидеров культовых групп, сонно рубившихся в артистической курилке под "Но вуман но край". Я обо всем этом, наверное, еще много навру, ежели не стошнит, а сейчас пора заканчивать. Тьфу.

П.С. Вова Бизон впоследствии занялся полукриминальным бизнесом и пропал из виду. Драконыч сторчался. Лысый пузан из ПАЗика стал директором кинофестиваля "Синемазавр" и уважаемым в обществе человеком. О судьбе толстого парня в кожаном пальто мне ничего не известно.

4. Прыжок Рыси.

She say Im a vato
Gangsta live is my mato
From the day that I spot tou
I know that I got tou
Playing my banjo
Me and my hombre named Poncho
I would like to get some of your ellegro gato
Elephant Man. Mexican Girl

На телефонной базе имелись вмонтированные часы, они показывали 12.15. Когда подошел Барабас, я стоял в коридоре с сильно задумчивым видом. Он кивнул в сторону кухни:

- Привет! А мы в храме были, потом гулять ходили... Давай чайку попьем. Чего ты грустный такой? Уныние - смертный грех.

Барабас в последнее время сильно склонялся в сторону русского православия. Данная склонность входила в явное противоречие с его увлечением реггей-музыкой: последняя по природе своей куда ближе к шаманскому трансу, нежели к строгому канону церковно-славянских песнопений. Богослужебное пение обращено не к человеку: "Пойте Богу нашему, пойте Цареви нашему, пойте. Яко Царь всея земли Бог, пойте разумно". Петь разумно - это можно понять и так: петь, стараясь исключить чувственный, телесный уровень, не столько наслаждаясь музыкой как искусством, сколько настраиваясь на духовный, сверхчувственный лад. Для православного верующего важнее содержание, чем форма, и уж точно не должен он танцевать и приплясывать под осмогласный знаменный роспев. "Правильное церковное пение - это излияние вовне внутреннего духовного состояния", - учил старец Паисий Святогорец. А что же реггей? Он произошел от слияния народных песенных традиций Ямайки с американской черной поп-музыкой, он сильно ориентирован на танец, на коллективную ритмическую вибрацию, на публику. Не секрет, что на богослужениях в афро-американских и афро-карибских христианских церквях люди танцуют и даже впадают в экстаз, более похожий на хлыстовское радение, чем на строго упорядоченную православную литургию. Реггей-концерт, конечно, сродни такому экстатическому богослужению. Может, ничего плохого в этом и нет, но разница очевидна. Еще один момент, который не обойти: курить или не курить? Пускай растафарианское движение в наши дни дробится на множество направлений, включая четыре основные - так называемую Эфиопскую православную церковь, Орден Наябинги, Двенадцать Колен Израилевых и Бобо Ашанти. Пускай отнюдь не все верующие растафари смолят гандж с утра до ночи, и все же большинство придерживается того взгляда, что ритуальное воскуривание - необходимая составная часть религиозной церемонии, наряду с совместным пением избранных реггей-хитов. Барабас продолжал употреблять траву, не знаю, как он решал эту проблему со своим батюшкой, не знаю, ходил ли он вообще к исповеди, но внутренний раскол в его душе ощущался мною. Прожив несколько дней на территории Барабаса, я понял, как мучительно переживает он эту двойственность. Мы проследовали на кухню. Электрочайник вскипел быстро. Барабас заварил черный чай с мятой, поставил на стол банку с медом и нарезал белого хлеба.

- Пора мне ехать, - сказал я. - Только не пойму, куда... Нас тут на фестиваль приглашают. В Тоскве. В конце мая.
- Слышал... Суетиться не стоит, дружище. Времени много еще.
- А толку? Играть не на чем! Как тут не приуныть:
- Нельзя унывать! - заметил Барабас, намазывая мед на хлеб.

Я отхлебнул горячего чаю и обжег губы. Мы помолчали.

- Знаешь, все эти компьютеры, я иногда думаю, а не лучше ли было раньше, когда мы просто играли на гитарах? - спросил я.
- Всему свое время, - Барабас улыбнулся. - Во всем есть свой смысл. Сегодня мы, может, и не сыграем так хорошо, как тогда. Да и тогда не всегда хорошо играли!
- По-настоящему хорошо никогда не будет, - добавил я. - Идеал недостижим.
- Я тут недавно откопал пару старых треков, там даже твой голос записан, это мы делали у Танцующего Инженера, когда у него даже помещения своего не было, помнишь?
- Смутно...
- Там есть интересные моменты, я думаю, надо к этому вернуться... Как-нибудь...

На кухню, рыдая, вбежал младший сын Барабаса и уткнулся ему в колени.

- О... о... он.... он забрал.... ма... аааа! - не в силах поделиться своей бедой, мальчик захлебнулся плачем.

Вслед за бедолагой явился и его брат. Он выглядел слегка испуганным, но храбрился.

- Папа! - сказал он. - Я ничего не делал! Он сам! Он сам!
- Опять ты его задираешь, Петя? - спросил Барабас. - Не стыдно тебе? Оставь вас на минуту вдвоем, и сразу крик начинается! Что случилось на этот раз?
- Я там играл, он пришел и говорит... Я просто играл там машинками... Я ничего не делал... - зачастил Петя. - А он пришел и стал отнимать... Что мне, нельзя поиграть, да?
- Он забрал маю мафыну! - наконец смог выразить мысль младший.
- Ты опять отнял машину у брата? Так, Петр?! - Барабас повысил тон.
- Да я ничего... Я просто играл... - Петя все еще оправдывался, но чувствовалось, что он сознает вину.
- Забрал! Забрааааа.... - вновь провалился в кромешное горе младший.
- Так! Мужчины не плачут! - обратился к нему Барабас, погладив по голове. - Пошли разбираться!

Он встал, поднял плаксу на руки и вышел. Что-то бормочущий Петя поплелся за отцом. Зазвонил телефон. Я одним глотком допил чай.

- Эй, это тебя! - раздался голос Барабаса из коридора. - Голос женский!

Я поставил в раковину пустую чашку. "Кто бы это мог быть?" - трубка лежала рядом с базой, как маленький кит, выбросившийся на берег.

- Алло!
- Привет, Ю-Лов! Не занят? - осведомился приятный женский голос, звучавший знакомо и незнакомо одновременно; на заднем фоне, в глубине трубки слышалась музыка - я напряг ухо - кажется, какой-то из дабов "Агровэйторс".

Покопавшись несколько мгновений в аудиофайлах памяти, вспомнил: это же подруга Брата Маркуса! Как ее бишь - Рысь? Точно, она. Что хочет?

- Привет, Рысь! Что хочешь?
- Ой, какой ты деловой... А если просто поболтать?
- На болтовню, извини, сейчас времени нет, правда, не обижайся.
- Ах, вот как... Ну так я по делу!
- Да?
- Да! Тут Брат Маркус тебе кое-что оставил, заезжай, забери.
- Что оставил? - глупо брякнул я.
- Фломастеры! - усмехнулась Рысь. - Короче, я дома.

Она положила трубку. А я одолжил у Барабаса жетон на метро и отправился к ней в гости. Во второй раз путь до улицы Родзаевского показался мне гораздо короче. Преодолел я его безо всяких затруднений, если не считать, что от метро "Канала Ильина" все же шел пешком по легкому морозцу. Неожиданно выяснилось, что кодовый замок починили, и дверь заперта. Потоптавшись немного, я принялся изучать дверь, и почти сразу обнаружил сбоку на деревянном косяке нацарапанное шариковой ручкой сочетание цифр. Набрал их на цифровом дисплее - сработало! Послышался противный писк, я потянул за ручку, дверь растворилась. Почему, если на дверь в России устанавливают кодовый замок, сразу же кто-нибудь из жильцов или их гостей считает необходимым выдать секрет всему свету? Не знаю, но мне этот загадочный народный обычай помог в очередной раз. Замок починили, зато теперь не работал лифт. Неторопливо поднялся я на третий этаж и позвонил в дверь под номером 7.

- Вы к кому? - спросил приятный женский голос.
- Это Ю-Лов.
- Ты один?
- Один. А почему ты спра...

Замок щелкнул. Дверь медленно приотворилась. Я вошел. В прихожей, слегка прищурившись и улыбаясь, стояла полностью обнаженная девушка (здравствуйте, приехали!). Я машинально прикрыл за собой дверь (вот тебе, батенька, и стриптиз-шоу!), сунул шапку в рукав пальто и повесил его на крючок (а может, это провокация?). Не успел я все это проделать (или она сумасшедшая?) и снова повернуться к хозяйке квартиры (а может, мне померещилось?), как Рысь прыгнула и, крепко охватив руками и ногами, жадно впилась губами в мой раскрывшийся от изумления рот.

5. В гостях у девушки.

Love is my religion, love is my religion, love is my religion
Hey you can take it or leave it, and you don't have to believe it
Love is my religion, love is my religion, love is my religion
I'll take you to the temple tonight
Ziggy Marley. Love Is My Religion

Что вы обычно делаете, когда на вас напрыгивают обнаженные нимфы? Возможно, вы и вовсе не оказываетесь в подобных ситуациях. Не знаю, радоваться за вас или огорчаться, в любом случае я - оказался. Содрогнулся. Пошатнулся. Язычок Рыси лихорадочно шарил между моими зубами. Ее ноги и руки обвили меня, словно щупальца паразита-негуманоида. Отступив, я спиной уперся в стену. Аккуратно отстранил напавшее на меня тело. Рысь спрыгнула на пол и замерла, хищно улыбаясь и облизываясь. Ей было явно в кайф.

- Ты всегда гостей так встречаешь? - поинтересовался я.
- Не всех, - сказала она. - Считай, ты первый.
- Чем же я тебе так понравился?
- Ты симпотненький!

В натопленной квартире Рысь стояла босыми ногами на старом, потертом паркете и нисколько не мерзла. А меня била легкая дрожь. Все же не часто становишься жертвой сексуального харрасмента. "Женская суть требует вскрытия", - как говорил Джек-Потрошитель, пробуя ногтем лезвие скальпеля. Мы стояли и молча смотрели друг на друга. На мне были потертые старые джинсы, подвернутые снизу (их выдал Барабас, пока мои штаны мучались на стирке). Из-под джинсов выглядывали черные носки - их тоже следовало бы постирать еще пару дней назад, но что-то меня останавливало. Быть может, вселенская грусть? Не хочется, но придется упомянуть и кремовый свитер крупной вязки, прикрывавший торс измученного героя романа. Я ведь был в глубокой депрессии. И мне казалось, что жизнь прожита зря. Рысь хихикнула и почесала левую грудь. "А соски-то неодинаковые, - машинально отметил мой внутренний мачо. - Правый больше!"

- Ну что, - сказала она. - Растерялся? Пойдем!

Повернулась и пошла вглубь коридора, покачивая бедрами, как крестьянка ведрами. Либидо дрожало, но не расплескивалось. Делать здесь было нечего. Падать в койку с обезумевшей Рысью - не выход. Уходить просто так, не забрав оставленное Братом Маркусом, я не собирался. И поплелся вслед за хозяйкой квартиры, уперев взор в луноподобную попу, чуть тронутую целлюлитом. Мы оказались в той же самой комнате, где совсем недавно я беседовал с коммерсантом из братской республики Тува. Очень хочется написать: "Неужели с тех пор прошло всего несколько дней? Казалось, позади уже вечность:" Ну вот, хотелось - и написал! Я резво пересек комнату, бухнулся в тесное кресло. Рысь, все так же усмехаясь, подошла к музыкальному центру и нажала кнопку, после чего уселась на диван, набросив на ноги клетчатый черно-зелено-красный пледик. Ее грудь колыхнулась и замерла, похожая на два глаза, горящих во мраке. Заиграла музыка, зазвучал знакомый голос - то ли Линвал Томпсон, то ли Грегори Айзекс, от волнения не мог сообразить.

- Ну и чо? - спросила Рысь. - Так и будешь пялиться? Не хочешь меня выебать?

Наверное, я покраснел. Мой внутренний мачо сдулся и рухнул на дно души. Зато второстепенный отечественный литератор второй половины XIX века с радостью занял его место, поглаживая усы и бородку и прикрывая похотливый нрав благонамеренным ханжеством.

- Слушай, я тебя даже не видел раньше:
- Сейчас-то тебе хорошо видно?
- Э-э... И ты меня не видела...
- Видела, видела! В дверной глазок! Да ладно, чо ты гонишь? Может, у тебя на меня не встал?
- Ты говорила, Брат Маркус оставил мне что-то? - я безуспешно попробовал поменять тему, с ужасом ощущая предательское шевеление в собственном организме.
- Ага! Он просил передать тебе вот это! - она скинула пледик на пол и повторила трюк Шэрон Стоун на полицейском допросе в "Основном инстинкте".
- И больше ничего? - искренне удивился я, хоть и вздрогнул, увидев истинный третий глаз Рыси.
- А тебе мало?
- Я тебе честно скажу... Зная Брата Маркуса... Не думаю, что он... Да как он вообще с тобой связался? - сорвалось с языка.
- Это я с ним связалась! - Рысь улыбнулась и откинула челку со лба. - Связалась, да не спуталась! Дурак твой Маркус, хотя и умный. А ты вот умным кажешься, хотя и сидишь тут балда-балдой.

У нее были недлинные и не очень густые волосы, прямой нос, светлые, с прищуром глаза. Узкий рот если и был накрашен, то без ажиотации. Телесным сложением Рысь скорее напоминала кролика, нежели представителя семейства кошачьих. Но в ее плавных движениях не было нервной суетливости, столь присущей всяческим грызунам, зато чувствовалась скрытая сила. Эта девушка могла взять вас за глотку, впрочем, может, я и зря себе страху нагонял.

- Надоел мне твой Маркус, я его и выгнала! - сообщила Рысь. - Ты не думай, я с ним не спала. Это были чисто деловые отношения. Он хотел, я не давала! Не веришь?

Разговор напоминал диалог побочных персонажей из американского комедийного боевика класса "Б". В следующей сцене в комнату должны были ворваться полицейские или представители мафии. Я поежился. Рысь никак не походила на образец честности и целомудрия. Я встал и подошел к окну. По улице Родзаевского, пыхтя, тащился старенький "Икарус"-гармошка с рекламной надписью на грязном борту: "Вставай, страна огромная, в очередь! Новые тарифы от "Народной мобилы".

"Бред какой-то! - подумал я. - Действительно, как здесь очутился Маркус? Что это за тувинский денди здесь тогда был? И зачем она меня вообще позвала, неужели лишь соблазнения ради?"

- Кто ж тебе поверит? - спросил я, не оборачиваясь.

И в следующий миг ощутил, как чьи-то цепкие пальчики расстегивают пуговицы на барабасовских джинсах. Горячее дыхание обожгло шею. Рысь прижалась ко мне сзади.

- Я тебя изнасилую! - шепнула она, но не угрожающе, а почти ласково.

"Да она же под дозой!" - сверкнула мысль. Я кое-как вывинтился из страстных объятий, сумев избежать очередного столкновения с Рысиным язычком, мимоходом заглянув ей в зрачки. То ли расширенные, то ли суженные, не поймешь:

- Ты какие амфетамины проглотила? - резко спросил я, вновь застегивая пуговицы.

Рысь разозлилась.

- Ты чего, гомик? Все вы, растаманы, гомики латентные! - она шагнула ко мне и с размаху залепила оплеуху.
- Скажи, Маркус оставил мне что-нибудь или ты все это выдумала?
- Твердый мне толкнуть надо было, понял? Маркуса твоего, дурачка деревенского, я в Тоскве вашей вонючей подцепила, понял? Известно же, что все растаманы - плановые... Думала, продать поможет, а он только языком чесать умеет. Все, выгнала я его! А ты понравился мне, думала, нормальный, а тоже малахольный! - Рысь топала от ярости, шевеля бородкой между ног.

Осторожно соблюдая безопасную дистанцию, я обошел ее и направился к выходу. Думал, погонится - так и вышло. Забежав на кухню, Рысь вновь подскочила ко мне в коридоре, в руках у нее была бутылка водки. "Ай лов марихуана!" - донеслось из комнаты. Это все-таки был Томпсон, песня с одноименного альбома 1978 года. Там на обложке нарисован женский рот и ветка конопли. Я надевал пальто, ни на секунду не выпуская голую нимфу из вида.

- Слушай, ну ты чего? Ну, прости, а? Может, тебе бухнуть надо? Вот, смотри, давай бухнем, а? Хочешь, я на колени перед тобой встану и отсосу тебе? - в ее голосе появились просительные интонации, но опасность еще не миновала.

Я сунул ноги в башмаки, слава Джа, их не надо было зашнуровывать. Нащупал язычок замка и отворил дверь. С лестничного пролета дыхнуло сыростью и холодом. Шагнул за порог...

- Ну и проваливай, ты, пииииидор! - Рысь сорвалась на истеричный визг.

Я уже бежал вниз по лестнице, когда что-то со свистом пронеслось в миллиметре от моего левого уха. Тррррах! Бутылка водки взорвалась искристой кляксой на стене прямо передо мной. Вот тебе и сходил в гости к девушке! Наверху захлопнулась дверь. Не обернувшись, я перепрыгнул через три ступеньки. Этажом ниже пожилая женщина колдовала с ключами перед дверью, поставив набитую сумку на пол. Она неодобрительно покачала головой. Я развел на бегу руками, а через пару секунд уже был на промерзлой улице и спешил к метро.

Продолжение здесь.

Безусловно, все персонажи вымышлены, а любое совпадение случайно....
И, конечно, мы чтим и уважаем законодательство РФ.
Роман является интеллектуальной собственностью автора и предназначен для ознакомления.
Это значит что ссылку на этот роман просто необходимо разослать всем друзьям для ознакомления. ;-)
Jah Rastafari!

Jah Rastafari!  |  Jah Live!  |  Растафари  |  News  |  Audio  |  Video  |  Вест-Индия  |  Мини-магазин  |  Русский реггей
Книга  |  Победа  |  Сказки  |  Академик  |  Адепт  |  Король  |  Мегажурналист  |  Раста-Хронология  |  H.I.M. Quotes   
   Rasta & Reggae  |  Roots Reggae  |  Simba  |  Jah Republic  |  DreadBull  |  Links  |  Русская Страница Живаго Джа   


Рейтинг@Mail.ru